Кто на сайте

Сейчас на сайте находятся:
2 гостей и 3 пользователей
  • designertiffany
  • inlinziewarre
  • rjicrufu

Посетите

Седмица
Тульская и Белевская епархия
Тульский Епархиальный Форум

Счетчики


Отречение Петра Печать E-mail

«Говорю тебе, Петр, не пропоет
петух сегодня, как ты трижды
отречешься, что не знаешь Меня»

 

Личность апостола Петра, несомненно, является одной из центральных фигур Евангелия. Ему принадлежит особое, притом пер­венствующее, место среди других апостолов, он является как бы «центром двенадесятницы». И это его положение, особое значение его служения, обнаруживается из сопоставления многочисленных деталей, в отдельности незначительных, но в совокупности выразительных, наряду с основными событиями его жизни и относящимися к нему изречениями Господа» [1]. Вначале Симон, потом Петр. Лишь он и сыны Зеведеевы отмечены переименованием. В течение всей евангель­ской истории эта первотроица апостолов была свидетельницей вели­чайших чудес и событий жизни Христа. Достаточно вспомнить воскре­шение дочери Иаира (Мф. 9, 18-26; Мк. 5, 21-43; Лк. 8, 41-56), Преображение Господне (Мф. 17, 1-13; Мк. 9, 2-13; Лк. 9, 28-36) и Гефсиманское моление Спасителя (Мф. 26, 36-46; Мк. 14, 32-42; Лк. 22, 39-46). В списке апостолов Петр всегда именуется первым, Господь пользуется его лодкой (Лк. 5, 3) и домом (Мф. 8, 14; Мк. 1, 29; Лк. 4, 38). Наконец, и Мессию в лице Учителя исповедует лик апос­тольский устами Петра (Мф. 16, 16; Мк. 8, 29; Лк. 9, 20). Все это говорит о том, какое важное положение занимает апостол Петр среди двенадцати. Недаром Церковью, наряду с апостолом Павлом, он име­нуется «первоверховным». В службе 29 июня апостол Петр ублажается как «апостолов основание, каменю Христовой Церкве, христианов начало...» [2].

Действительно, апостолу Петру принадлежало особое, первое место среди двенадцати, но это был «примат не власти, а авторитета, старшинства, первостоятельства, который, притом, принадлежал ему лишь в соединении со всеми, но не без всех и не помимо всех» [1]. Свойство Петра быть камнем веры «связано только с определенным его состоянием, с пребыванием его в истинной вере, которая есть, вместе с тем, и вера Церкви, т. е. всего апостольского лика. Как только Петр перестает быть носителем и выразителем этой веры и становится жертвой своих личных свойств или слабостей, отделяясь в личное обособление от вселенского и целокупного, он перестает, быть Петром, т. е. каменем веры [1]. Стоило только Петру поду­мать «не о том, что Божие, но что человеческое» (Мф. 16, 23), как сразу его постигает печальное искушение, и он уже не петра, а «сатана».

 

И вот, накануне Страстей, в Сионской горнице, Господь, провидя падение и восстание Петра, произносит: «Симон! Симон! се, сатана просит, чтобы сеять вас как пшеницу; но Я молился о тебе, чтобы не оскудела вера твоя; и ты некогда, обратившись, утверди братьев твоих» (Лк. 22, 31-32). «Самое непосредственное значение этих слов относится к угрожавшим Петру опасностям, связанным с характером Петра, его пылкостью, соединенной с незнанием себя. Прямое свидетельство об этом дается в дальнейших стихах: Петр не услышал внутренним слухом скорбного предупреждения, не осознал в себе своей слабости до ея обнаружения и, как не раз и прежде, свой темперамент, эмоциональность принимает за силу и твердость: «Он отвечал Ему: Господи! с Тобою я готов и в темницу и на смерть идти» (Лк. 22, 33), «и тогда Господь прямо предваряет его о предстоя­щем отречении (22, 34). Страшная опасность и страшное испытание ожидали всех учеников, но больше всего им подвергался «старшина», ибо прямого отречения не совершил ни один из апостолов. И от гибели, от страшного удела Иуды, его сохранила молитва Христа, и дрогнувшая вера окончательно не оставила его» [l].

 

Об отречении Петра повествуют все четыре евангелиста (Мф. 26, 69-75; Мк. 14, 66-72; Лк. 22, 54-62; Ин. 18, 15-18, 25-27). Притом, относительно одних и тех же событий у евангелистов существуют некоторые разногласия. На протяжении данной работы мы постараемся, насколько это возможно, согласовать разноречивые сведения и, по возможности, дать полную и точную историю этого события.

 

Хотя выше и было сказано о том, что ни один апостол кроме Петра не отрекся, все же необходимо отметить, что, в отличие от других учеников, Петр, проявил большую стойкость. Когда все ученики разбежались, он не побоялся последовать за Иисусом во двор первосвященника (Мф. 26, 58; Мк. 14, 54; Лк. 22, 54-55; Ин. 18, 15-16) для того, чтобы, по слову евангелиста, «видеть конец» (Мф. 26, 58). Лишь один евангелист Иоанн упоминает «другого ученика», знакомого первосвященнику, при помощи которого Петр смог войти внутрь двора. С древних времен Церковь видела в этом, «другом ученике» самого Иоанна Богослова, который, показавшись на мгновение (18, 15-16), «быстро накидывает завесу на свою собственную личность и скрывается в ночной мгле. Остается один Петр со своим наружным спокойствием. «Власть тьмы», охватившая его Учителя и завладевшая Им, как грозная туча во время темной ночи, блещет молниями и поражает ударами, и скоро распространяется над головой Петра» [3].

 

Первым ударом, поразившим Петра, был вопрос придверницы: «и ты не из учеников ли Этого Человека?» (Ин. 18, 17). В синоп­тическом повествовании первый вопрос был задан служанкой перво­священника, которая, несомненно, могла быть и придверницей. Таким образом, в описании первого отречения Петра, между синоптиками и Иоанном не может быть никаких противоречий. На вопрос служанки Петр дает уклончивый ответ: «не знаю и не понимаю, что ты говоришь» (Мф. 26, 70; Мк. 14, 68). Уклончивому ответу Петра в повествовании синоптиков противопоставляется Иоанново краткое, суровое, ничем не сглаженное и прямое отрицание «нет».

 

Вероятно, желая избавиться от навязчивых вопросов, Петр удаляется от огня в переднюю часть двора (Мк. 14, 68). По Евангелию от Матфея, Петр направляется к воротам (26, 71), где его и нас­тигает второе искушение.

 

Прежде чем мы приступим к рассмотрению дальнейших событий, которые изобилуют разнообразием в описаниях евангелистов, необхо­димо решить некоторые вопросы. Во-первых, следующий вопрос: на дворе какого первосвященника происходили эти события? Согласно евангелисту Матфею, все три отречения, произошли на дворе первосвященника Каиафы (26, 57-75). Евангелисты Марк и Лука имени первосвященника не называют, хотя можно предположить, что они сог­ласны с ев. Матфеем. По ев. Иоанну, Иисуса отвели сначала к заштат­ному первосвященнику Анне, на дворе которого и имели место все три отречения Петра (18, 13-27). Наиболее верным представляется следующее решение вопроса: Анна и Каиафа жили на одном первосвященническом дворе, но в разных домах или отделениях. Таким образом, Петр находился во время суда над Господом сначала у Анны, а потом у Каиафы, в одном и том же внутреннем дворе, который стал свидетелем троекратного падения первого апостола.

 

И еще об одном. Из всех евангелистов один лишь Марк говорит о двукратном пении петуха, тогда как остальные - только об одном. По Марку, первое отречение было отмечено первым пением петуха. Св. Феофилакт Болгарский объясняет это следующим образом: «Сначала ученик отрекся, потом петух запел. Тот снова отрекся, даже до трех раз, и петух опять запел в другой раз. Так точно и подробно описы­вает Марк (14 гл.) и передает это как узнавший от Петра, ибо он был его учеником» [4].

 

Действительно, кому как не Петру, со слов которого писал Евангелие Марк, знать детали этого страшного для него предательства и, конечно, помнить их: ему ли забыть это?!

 

Второе отречение представляется наиболее трудным для согласования евангелистов, ибо, по Матфею, к Петру обращается «другая» служанка (26, 71), по Марку - та же (14, 69), по Луке - «другой» (22, 58), по Иоанну - неизвестно, какие люди: «...сказали ему» (18, 25). «Ясно, что сведение всех четырех евангельских повест­вований в одно, в котором параллельные отречения стояли бы рядом, не представляло бы выхода. Этот метод согласования привел бы к умножению числа отречений до пяти, что было бы в противоречии с прямыми указаниями Евангелия и, прежде всего, с пророчеством Самого Иисуса о троекратном отречении Петра» [5]. Однако попытки согласования все же предпринимались. Приведем здесь описание событий второго отречения, какими они видятся епископу Аверкию: «Снова увидев его, все та же служанка (Мк. 14, 69) стала говорить стоявшим тут: «этот из них». К ней присоединилась и другая служанка (Мф. 26, 71), тоже говорившая: «и этот был с Иисусом Назореем». Еще кто-то обратился прямо к Петру: «и ты из них» (Лк. 22, 58). Петр снова переменил место и опять стал у огня, но и тут некоторые (Ин. 18, 25) начали говорить: «не из учеников ли Его и ты? Он отрекся и сказал: нет», это было второе отречение, происшедшее как раз в то время, когда Иисуса от Анны вели к Каиафе, как можно думать на основании 24 и 25 ст. 18 гл. от Иоанна» [6]. Насколько верно такое объяснение, установить сложно. В любом случае, «эти различия, действительно, несущественные, а самый факт троекратного отречения Петра установлен твердо» [5].


В отличие от евангелиста Иоанна, у которого как на первое, так и на второе вопрошение Петр отвечает кратким «нет», ев. Матфей усиливает отрицание. Если на первый вопрос Петр дает уклончивый ответ: «не знаю, что ты говоришь» (26, 70), то второе отрицание произносится с клятвою: «И он опять отрекся с клятвою, что не знает Сего Человека» (26, 72). «Уста, однажды изменившие, еще скорее разверзлись для второго отречения: одних уверений показалось уже недостаточно, и малодушный ученик присовокупил ко лжи клятву в том, что он вовсе не знает Иисуса» [7].

 

Вероятно, для того, чтобы отстранить какие-либо подозрения, Петр, сохраняя внешнее спокойствие, остается во дворе первосвященника.

 

Между вторым и третьим отречением, по свидетельству ев. Луки, «прошло с час времени» (22, 59). Грозовые тучи сгущаются над головой Петра, и последним ударом для него становится вопрос одного из рабов, родственника Малха, которому Петр отсек ухо: «не я ли видел тебя с Ним в саду?» (Ин. 18, 26). Подозрения вокруг Петра растут и достигают своего апогея. Окруженный со всех сторон, выдав­ший себя особым, галилейским акцентом, Петр «забыл себя и Учителя, умер, по выражению св. Златоуста, от страха, и всеми видами клятв начал утверждать, что он не только никогда не думал быть учеником Иисуса, но и вовсе не знает Сего Человека» [7].

 

Отрицание в Евангелии от Матфея усиливается до предельной точки. Если во втором отречении Петр отрекся с клятвой, то здесь он не просто употребляет клятву, а клянется и божится, «что не знает Сего Человека» (Мф. 26, 74; ср. Мк. 14, 71). «Некоторые слагают безумную защиту в пользу Петра, дерзко говоря, что Петр не отрекся, но сказал: я не знаю Сего «человека», то есть знаю не как простого человека, но как Бога, сделавшегося Человеком. Этот безумный довод оставим другим. Ибо они Господа представляют, лживым, проти­воречат связи евангельской речи и никак не смогут согласить порядок повествования» [4].

 

«И вдруг запел петух» (Мф. 26, 74). По Евангелию от Марка, петух запел во второй раз (14, 72). Несомненно, что евангелисты самым важным считали здесь не количество пений петуха, а личность Петра, его состояние и точное исполнение пророчества Самого Господа. «Тогда Господь, обратившись, взглянул на Петра, и Петр, вспомнил слово Господа, как Он сказал ему: прежде нежели пропоет петух, отречешься от Меня трижды» (Лк. 22, 61). «Взор Господа, подвергну­того поруганиям и избиениям, ожидавшего под стражей наступления утра и нового заседания синедриона, проник в сердце Петра. Казалось, что он снова слышит это роковое предсказание. «Место малодушия заступили стыд и раскаяние. Но опыт кончился! Слуги архиерейские, удовлетворившись клятвами, перестали беспокоить Петра. Но шум двора архиерейского был уже несносен для сердца, терзаемого скорбью» [7]. Не обращая теперь ни на кого внимания, он бросился в ночную тьму и, «оставшись где-то наедине, он залился едкими, жгучими слезами, - такими, какими, может быть, плакали с того времени немногие люди, потому что эти тайные слезы Петра с течением времени сделались знаменитыми» [3]. «Св. Климент, ученик ап. Петра, повествует, что он во всю жизнь, при полуночном пении петуха, становился на колени, и, обливаясь слезами, каялся в своем отречении и просил прощения. Глаза его от частого и горького плача казались красными» [7].

 

Итак, верховный апостол отрекается от Христа и перестает быть Петром, т. е. камнем веры. «Это отмечает, несомненно со слов самого Петра, и ев. Марк, который повествует, что ангел, явившийся женам-мироносицам, говорит: «идите, скажите ученикам Его и Петру»... выделяет Петра, как отпавшего через отречение от лика апостольского, ставя его на последнее место, после остальных апостолов» [6]. Но было бы невозможным считать историю отречения Петра законченной, если бы не было 21-й главы Евангелия от Иоанна. «Какой пробел в истории ап. Петра получился бы, если бы не было этого примирения и его восстановления! Естественно, что позднейший евангелист, заведомо восполнявший уже имевшиеся в обращении синоптические Евангелия, с таким тщанием остановился на этом» [1]. Троекратным вопрошением «Симон Ионин! любишь ли ты Меня?» Господь восстанавливает Петра в его апостольском досто­инстве и правах. Об этом же поется и в службе 29-го июня: «трикратным вопрошением еже, Петре, любиши ли Мя, трикратное отвер­жение Христом исправил есть...» [2].

 

Но и это еще не все. «С восстановлением Петра в его апос­тольском звании Господь соединяет предречение о предстоящей ему в конце его апостольства мученической кончине, к которой приведет его эта засвидетельствованная им только что любовь ко Господу» [6].

 

«Иди за Мною» (21, 19), - призывает Господь Петра. И это призывание есть приобщение апостола к Страстям и Смерти Христовой, ибо подобной смертью, умирая на кресте, Петр прославил. Бога.

 

Литература

 

1. Булгаков Сергий, прот. Два первоапостола. - Минск: Лучи Софии, 1996. - 96 с.
2. Минея: месяц июнь. - Репринт. - Изд. Московского подворья Свято-Успенского Псково-Печерского м-ря, 1995. - 392 с. + Прил. (24 с.)
3. Толковая Библия. Изд. А. П. »Лопухина. - Репринт. - Стокгольм: Инсти­тут перевода Библии, 1987. - Кн. 3: Новый Завет. - 1220 с.
4. Святое Евангелие от Луки с толкованием блаженного Феофилакта, Архиепископа Болгарского. - М.: Сретенский монастырь; Нновая книга, 1997. - 624 с.
5. Кассиан (Безобразов), епископ. Христос и первое христианское поколение. - 3-е изд., - Париж - Москва: YMCA-Press - Русский путь 1996. - 370 с.
6. Аверкий, епископ. Руководство к изучению Сведенного Писания Нового Завета. - ч. 1; Четвероевангелие. - Джорданвиль, 1954. - 351 с.
7. Последние дни земной жизни Господа нашего Иисуса Христа, изобра­женные по сказанию всех четырех евангелистов. - Репринт. - Б.и., 1991. - ч. 4. - 152 с., ил.
8. Кассиан Безобразов, епископ. Водою и Кровию и Духом: Толко­вание на Евангелие от Иоанна. - BIBLIOHEQUE SLAVE DE PARIS, 1996. - 252 с.

Комментарии
Добавить новый
Оставить комментарий
Имя:
Email:
 
Тема:
:D:):(:0:shock:
:confused:8):lol::x:P
:oops::cry::evil::twisted::roll:
:wink::!::?::idea::arrow:
Пожалуйста, введите проверочный код, который Вы видите на картинке.

3.26 Copyright (C) 2008 Compojoom.com / Copyright (C) 2007 Alain Georgette / Copyright (C) 2006 Frantisek Hliva. All rights reserved."